В мире, погруженном в безмолвие после катастрофы, где выживание сводится к поиску тлена и консервов среди руин, одинокий скиталец Кудзуя находит пристанище под разбитым куполом. Это не просто еще одно заброшенное здание - это планетарий, последний храм забытой науки и утраченных чудес. Среди пыльных кресел, где когда-то затаив дыхание наблюдали за далекими галактиками, он обнаруживает едва живого робота-смотрителя, последнего стража этого святилища. Простая цель пополнить запасы неожиданно трансформируется в иную, более глубокую потребность: не просто выжить, а вернуть к жизни крошечный осколок прекрасного, застывший во времени.

Молчаливый механический хранитель, кажется, десятилетиями ждал того, кто откликнется на его тихое ожидание. Кудзуя, движимый непонятным даже для себя самого импульсом, берется за невозможное - воскрешение гигантского звездного проектора, сложного механизма, чьи шестерни давно срослись от бездействия. Каждый очищенный оптический элемент, каждый восстановленный контакт становится актом немого диалога между человеком и машиной, медитативным ритуалом против всепоглощающего упадка. В этой кропотливой работе руинный мусор и обломки цивилизации постепенно превращаются в убежище, где за стенами из бетона и памяти рождается хрупкое взаимопонимание. Что движет роботом, сохраняющим верность пустому залу? Какое последнее послание ушедшего мира он хранит в своей памяти?

"Планетарианка: Звездный странник" - это тихая ода надежде, звучащая шепотом среди всеобщей тишины. Это история не о глобальном спасении, а о личном искуплении через акт созидания, о попытке одного человека восстановить связь с вечностью, представленной картой звезд. Фильм, уходящий корнями в традиции японской научной фантастики с ее вниманием к тихим, философским моментам после апокалипсиса, исследует магию хрупких связей. Он напоминает, что даже когда мир лежит в руинах, стремление к красоте и желание поделиться ею с другим - будь то человек или творение человеческих рук - остается нашей самой человечной, самой непреходящей чертой.