1847 год, на излете Американо-мексиканской войны. Капитана Джона Бойда встречают как героя, осыпая наградами за невероятную, почти мифическую победу - в одиночку захватившего вражескую ставку. Но за блеском медалей скрывается леденящая душу правда, известная лишь ему одному. Его "подвиг" родился не из отваги, а из паники: охваченный страхом, Бойд бросил оружие и притворился мертвым среди павших товарищей. Пролежав так долгие часы, он впал в неконтролируемое, слепое бешенство, в состоянии которого и уничтожил всех противников. Система, однако, не терпит таких сложных правд. Вместо повышения его отправляют в ссылку - командовать крошечным, заброшенным фортом в суровых горах Калифорнии, где тишина должна стать его единственным спутником и вечным напоминанием.

Это уединение нарушает появление оборванного, полубезумного беглеца по имени Калхун. Дрожащим голосом он рассказывает жуткую историю о пропавшем караване, сбившемся с пути под руководством некомпетентного проводника. Застигнутые ранней и свирепой зимой, путешественники нашли прибежище в глубокой пещере, но их запасы быстро иссякли. Холод и голод, эти древнейшие союзники безумия, вскоре стерли тонкую грань цивилизации. Калхун, сбежавший от этого кошмара, описывает сползание в каннибализм как неизбежный, чудовищный акт выживания. Его рассказ повисает в промерзлом воздухе форта, становясь зеркалом для собственной, скрытой травмы Бойда, чья "доблесть" также коренится в темных глубинах инстинкта и потери себя. Две истории сходятся в одной точке, где понятия героя и монстра, жертвы и палача теряют всякий смысл.

Фильм "Людоед" (The Mountain of the Cannibal God), опираясь на мрачную традицию историй о выживании, исследует не физический ужас поедания плоти, а психологическую пропасть, которая к этому ведет. Это медленное, неумолимое погружение в экзистенциальный кошмар, где внешний ландшафт скал и снега лишь отражает внутреннюю пустыню его персонажей. История капитана Бойда и беглеца Калхуна переплетаются в единую притчу о том, как война, изоляция и крайние обстоятельства обнажают первобытную сущность человека, стирая все, за что он, как ему казалось, сражался. Форт в горах становится не просто локацией, а камерой пыток для разума, где прошлое и настоящее сталкиваются, задавая один вопрос: что остается от человека, когда съедена последняя крошка его человечности?