В пригороде, где каждый день похож на предыдущий, а из событий - лишь смена времен года в палисадниках, пересеклись две одинокие орбиты. Джейн, чья жизнь - это бесконечные пробы и ожидание звонка, и Сэди, для которой мир сузился до размеров сада, ставшего и убежищем, и памятником прошлому. Их встреча у лотка со старыми вещами была мимолетной, но купленная безделушка - изящная шкатулка, хранящая не столько безделицы, сколько молчание целой жизни, - связала их куда прочнее. Обнаружив внутри неожиданное богатство, Джейн оказывается в ловушке собственных желаний: деньги могут стать трамплином к мечте, но их цена - спокойствие совести. Эта находка становится тем самым камнем, брошенным в гладкую поверхность ее существования, от которого расходятся тревожные, непредсказуемые круги.

Вместо простого, но невозможного для нее выбора - украсть или вернуть - Джейн изобретает третий путь, куда более извилистый. Под маской доброй самаритянки она входит в жизнь Сэди, предлагая помощь по дому и в саду. То, что начинается как тщательно продуманная афера, постепенно обретает неуловимые оттенки подлинности. В тихих комнатах, наполненных запахом старой бумаги и чая, и среди аккуратных грядок рождается странная, хрупкая связь. Джейн, жаждущая признания и шума большого города, и Сэди, нашедшая смысл в цикличности природы и памяти, начинают слышать эхо переживаний друг друга. Их диалог строится не на словах, а на совместном молчании за работой, на украдкой брошенных взглядах, на неловких паузах, которые говорят об одиночестве больше любых исповедей. В этой игре, где каждая скрывает часть правды, сама граница между расчетом и искренностью становится зыбкой, заставляя обеих пересмотреть то, что они считали своей истинной сущностью.