Год прошел с того дня, когда мир Эмили рухнул в одно мгновение. Ее сын, маленький Дэвид, поскользнулся на старом пирсе и исчез в темной воде. Несмотря на мгновенную реакцию матери-хирурга, ее профессиональные руки, вытащившие его и заставившие вновь забиться остановившееся сердце, вернуть мальчика полностью не удалось. Он остался на грани, в глубокой коме, где время потеряло свой смысл. Теперь врачи, разводя руками, говорят о безнадежности и предлагают невозможный выбор - отключить системы, поддерживающие в нем искру жизни. Но для Эмили это не выбор. Это капитуляция. Она отказывается верить в тишину мониторов, потому что в своей собственной тишине она слышит его - отдаленный, но настойчивый зов о помощи, прорывающийся сквозь барьер сна и реальности.

Ее дни превратились в однообразный маршрут между больничной палатой и опустевшим домом, а ночи заполонили навязчивые, слишком реальные видения. Она вновь и вновь видит Дэвида не здесь, в стерильной комнате, а там - в каком-то ином, туманном пространстве, холодном и безвоздушном, словно на самом дне моря. Рациональный ум врача борется с инстинктом матери, и постепенно в ней крепнет безумная, но единственно возможная для нее мысль: ее ребенок не просто спит. Он потерян, заперт в ловушке между мирами, и его крик - не галлюцинация, а единственная нить, связывающая их. Чтобы дотянуться до него, ей придется совершить невозможное - шагнуть туда, откуда нет возврата. И путь назад лежит через то самое место, где все началось, через тот самый обрыв у пирса, где темная вода когда-то забрала его, а теперь, быть может, станет порталом, чтобы его вернуть. Это отчаянная попытка матери прорваться сквозь завесу реальности, бросив вызов не только законам медицины, но и самим основам мироздания.