Санкт-Петербург 1912 года застыл в хрупком равновесии между прошлым и будущим. В воздухе, пропитанном запахом гари с заводов и ароматом дорогих духов из салонов, витает дух научного триумфа, сулящего покорение всех тайн. Но под тонким флером цивилизации, в переулках за Невским проспектом и на черных лестницах доходных домов, пульсирует иная, неистребимая реальность. Преступления здесь эволюционируют, обретая витиеватую логику и техническую изощренность, превращаясь в замысловатые механизмы смерти, которые не в силах разобрать даже лучшие умы столичной полиции с их картотеками отпечатков и строгими протоколами. Когда официальное следствие упирается в стену молчания и ложных следов, к делу привлекают человека, чья экспертиза лежит за гранью обычного права, - профессора медицины Воскресенского.

Для него морг становится кабинетом для допросов, а операционный стол - местом, где говорит последняя, неоспоримая правда. Воскресенский - это не сыщик в традиционном понимании, а переводчик с языка смерти на язык жизни. Его метод - это скрупулезный диалог с безмолвным свидетелем, где каждый надрез, каждая особенность травмы складываются в портрет не только жертвы, но и того, кто стоял по ту сторону ножа или пистолета. Он читает в ранах отголоски душевных мук, распознает почерк одержимости или холодный расчет, скрытый за видимым хаосом. Его расследование - это путешествие в самую суть человеческой природы, где блестящие открытия новой эпохи - от мощных ядов до психологических теорий - лишь дают старым демонам жадности, ревности и гордыни новые, ужасающе эффективные инструменты. В мире, где зло научилось носить маску прогресса, только он, Воскресенский, способен поставить окончательный диагноз.