Для капитана Чесли Салленбергера, чей опыт измерялся тысячами часов в небе, рейс 1549 из Нью-Йорка в Шарлотт должен был стать рутинной точкой в долгой карьере. В кабине Airbus A320 царила привычная сосредоточенность, а за спиной пилота в салоне разместились более полутора сотен пассажиров, каждый со своими планами. Но судьба распорядилась иначе: едва самолет оторвался от взлетной полосы аэропорта Ла-Гуардия, как в его двигатели врезалась плотная стая канадских гусей. В одно мгновение привычный мир гула турбин сменился оглушительной тишиной - оба двигателя вышли из строя, а тяжелая машина превратилась в неуправляемый планер, нависший над многомиллионным городом.

В распоряжении Салленбергера и его первого помощника Джеффри Скайлза были считанные секунды, чтобы принять решение, от которого зависели все жизни на борту. Отвергнув рискованные попытки дотянуть до ближайших аэродромов, капитан совершил беспрецедентный маневр, мягко посадив аварийный лайнер на ледяные воды реки Гудзон. Эта безупречная посадка, позже названная "чудом на Гудзоне", позволила всем пассажирам и членам экипажа эвакуироваться. Однако за триумфом человеческого мастерства и хладнокровия последовала иная, непубличная битва. Вместо заслуженных почестей Салленбергера ждало тщательное и подозрительное расследование, где его инстинктивное решение ставилось под сомнение комиссиями и экспертами, искавшими малейшую ошибку в идеально выполненной работе, угрожая разрушить не только его репутацию, но и веру в справедливость.