Судьбоносный 1948 год становится роковым рубежом в истории советских евреев. Трагическая гибель Соломона Михоэлса, выдающегося актера и председателя Еврейского антифашистского комитета, оказывается не случайной трагедией, а спланированным сигналом, ознаменовавшим резкий поворот государственной политики. С этого момента иллюзия послевоенной гармонии начинает стремительно рушиться, уступая место систематическому и идеологически обоснованному преследованию. Ликвидация ЕАК и последовавший за этим расстрел его самых активных деятелей - это лишь первый акт государственной драмы, за которым последует широкая кампания по борьбе с так называемыми "безродными космополитами", где за абстрактным термином четко просматривались конкретные лица и судьбы.

Апогеем этой новой реальности становится печально известное "дело врачей", представляющее собой страшный современный кровавый навет, ввергший в ужас целую общину. Казалось, механизм репрессий, набравший чудовищные обороты, уже не остановить. Однако смерть Сталина в 1953 году становится неожиданным, но спасительным вмешательством, отменяя готовящуюся массовую расправу. Но даже несмотря на формальную реабилитацию и официальное закрытие дела, прежнего доверия и ощущения "русско-еврейской гармонии при социализме" вернуть уже невозможно. Трещина, прошедшая через самоидентификацию, лояльность и будущее миллионов людей, оказалась слишком глубокой, определив сложный и противоречивый путь целого поколения, вынужденного заново осмысливать свое место в стране, за которую многие из них проливали кровь на полях Великой Отечественной войны.